Разрулила. Рассказ
На карантине все решили побыть вместе.
Я была воспитана в жестких пуританских традициях. Почти всё детство прожила с набожными бабушкой и дедушкой и двумя младшими сёстрами. Коротких юбок дома не было в принципе. Но теплота и счастье, которое веяло в этом доме, перекрывали все прелести жизни, к которым так стремятся девочки. Семья была неким святым пристанищем. Поэтому предложение мужа забрать свекровь к нам на время карантина было встречено положительно, хотя эмоционально не несло никакой радости.
Конечно же, я специально не обдумывала, а тем более не брала в расчёт, что свекровь будет приглядывать за детьми и делать с ними уроки. Но, согласитесь, такая мысль вряд ли могла не засветиться ярким пламенем в сердце любой невестки.
Лариса Анатольевна, мать моего мужа, была красивой статной женщиной, с высшим образованием и высоким шиньоном, всю свою жизнь отдавшей маркетингу и даже читавшей лекции для разного делового люда. Она с радостью согласилась на предложение о переезде и уже на следующий день приехала с чемоданом.
Все шло довольно гладко, не считая одной ситуации, которую я осознала не сразу. К своим 32 годам и пуританскому воспитанию появление в квартире матери мужа сильно сковывало меня по части супружеской жизни. Но решение было найдено почти сразу. Сообразительность Толика, моего мужа, всегда меня восхищала, и он не подвел и тут. Мы переделали его кабинет под спальню, а сама комната находилась так далеко от нашей, что моё пуританское воспитание вошло в полную гармонию с ситуацией…
Дочери исполнилось двенадцать. Был тот период, когда она ещё не перестала играть с куклами, но куда всё двигалось, мне было уже понятно.
Младшему исполнилось десять. Саша входил в тот возраст, когда мат воспринимался мальчиками как специальный язык джедаев. К тому же Саша был удивительно неуклюжим. Не было ни одного раза, чтобы он что-то не уронил, если эта вещь находилась возле него, особенно когда она была хрупкой. Один раз мне даже показалось, как после очередной «катастрофы» — Саша задел работающий вентилятор, который грохнулся прямо на кота, дремлющего после обеда, — прозвучало что-то типа «блядь». Это было так смешно, что я вынуждена была выйти из комнаты… Муж сказал, что это пройдёт.
В это утро я стояла у плиты, уже всё приготовила и собиралась кричать «завтрак готов», чтобы бездари наконец повставали, как почувствовала за спиной что-то надвигающееся словно ураган Катрин. Очень знаете ли, такое тонкое ощущение… Я положила тряпку на умывальник и уже хотела повернуться, как услышала голос дочери.
— Мама, вы с папой вчера занимались сексом?
— Что-о-о? — нечто продолговато звучащее без спроса выпало из моего рта.
В таких случаях всегда спасает только одно — роль искренне удивлённого родителя, который готов ответить ребёнку что-то вроде: «Не пугайся, солнышко, это сказка». Но я вспомнила, как вчера муж закрывал мой рот рукой в тот единственный момент, когда я обычно перестаю размышлять из-за проникающего куда-то глубоко-глубоко неземного сладострастия. Это была не сказка!
«Господи, какой ужас», — сознание пробила мысль в формате правды. Кошмар промелькнул в голове. Ступор не уходил. Я почувствовала, как подо мной начал раздвигаться и уходить пол.
— Обожди секунду, — сказала я и рванула в спальню.
Чем в этой ситуации мог помочь муж, я не знала. Скорее это было инстинктивное действие. Но голос дочки меня остановил, как вкопанную.
— Путин.
— Что? — выпало из моего рта явно не с продолговатым звучанием, а скорее резкое.
— Папа вчера говорил, что, по словам Путина, демократия — это великое завоевание человечества, хотя она трудно уживается с властью. У нас в семье так же? Демократия демократией, а власть — это власть!
— И что? — так и не понимая, что происходит, вымолвила я.
Уход в сторону политики устами двенадцатилетней девочки сейчас не выглядел умилительно. Но я почувствовала облегчение, что тема меняется.
— Если у нас в семье есть эта ценность, то я хочу тоже заниматься сексом на правах полноправного члена семьи, — сказала она, глядя мне прямо в глаза, ничуть не смущаясь.
В моей голове помутнело, и тут же побежали картинки вчерашних постельных сценок с мужем.
— Сейчас, — буркнула я и рванула.
До спальни, где ещё валялся в постели муж, было метров десять. Я точно помню, что не шла, шаркая, как обычно, тапочками по ламинату от злости, когда это происходит в минуты решимости вылить на мужа ведро воды, чтобы он наконец поднялся с постели. Я летела! Кто прыгал с парашютом, поймёт меня: ни мыслей, ни страха. Одно желание — приземлиться.
— Блядь, — ворвалось в спальню и ударило по мужу, видимо, с такой силой, что он откинул одеяло и приподнялся на локоть, удерживая голову словно лежавший на поле боя раненый.
— …блядь, блядь, блядь, сука, блядь, — бегала я по спальне. — Что же это такое. Толик… она потребовала… блядь, сука… что ты вылупился как помидор… что вчера наделал… твоя дочь… о господи…
И тут раздался стук в дверь. Открыв её в полуобмороке, я уже была готова провалиться навсегда, но увидела на пороге Сашу, стоявшего в пижаме и смотрящего на меня снизу вверх.
— Мам, а кто у вас только что так сильно ругался?
Я смотрела на сына и почувствовала себя покрывалом с вытянутыми руками, которое приподнимается перед ребёнком, улетая куда-то наверх, чтобы навсегда расстаться с этим бренным миром.
— Это у меня в ютьюбе, — услышала я голос мужа. — Какой-то плохой китайский мальчик.
Толик попытался исправить ситуацию. Однако мысль, что мой голос напомнил ему китайца, я успела отложить куда-то не в самое дальнее место.
— А можно мне так же? — сказал Саша. — Ты вчера говорил, что у нас в семье демократия наконец пришла к нам вместе с карантином.
— Я говорил, что у нас вместе с карантином семья воссоединилась. А с демократией — это к маме. Пошли на кухню, там уже, наверное, завтрак давно стынет, — спасал меня муж.
Я сидела на кушетке и тыкала пальцем по экрану телефона, демонстрируя, что мне нужно что-то срочно найти. «Завтрак давно стынет!» — промелькнуло в голове. — «Чего же ты всё это время лежал в постели?» — злилась я, видимо, приходя в себя таким образом.
Вспомнив инструкции моего мастера по медитации, я начала делать глубокие вдохи и выдохи. Немного очухавшись, поняв, что здесь спрятаться от всего этого кошмара не получится, осторожно двинулась в сторону запахов.
Войдя на кухню, я увидела всю свою семейку, сидевшую за столом и мирно воркующую между собой, как будто ничего не произошло. Лариса Анатольевна была одета как на банкет: чёрный костюм с белой блузкой подчёркивал её причёску с начёсом шиньона. Её вебинар начинался вот-вот.
Подойдя к плите, чтобы налить себе кофе, я вдруг услышала голос свекрови, которая обсуждала с дочкой ту самую тему, от которой я только что шарахнулась.
— Во-первых, секс — это высокое чувство между взрослыми — мужчиной и женщиной. А во-вторых, он для женщин приходит с разрешения Бога, — спокойным и немного назидательным тоном вещала моя свекровь.
— А для мальчиков?
— На них не смотри. Они только ругаться могут…
Я замерла. В стеклянной дверце кухни отражалась мирная беседа бабушки и внучки, а также внимательно слушающие их муж и сын, словно они на тренинге по развитию отношений.
— А мне одна моя подруга в школе сказала, что видела по интернету девочку, которая занималась сексом.
— Да, такое случается: делала без разрешения Бога, — спокойно ответила свекровь.
— А что за это бывает?
— Хорошенький вопрос. Вот, например, ты хотела бы, чтобы, когда станешь взрослой, будущий муж был похож на твоего папу?
— Конечно. Папа очень умный и ещё он добрый.
— Так вот, если без Его разрешения, — Лариса Анатольевна кивнула головой и показала глазами наверх, — тебе такой муж не достанется. Понимаешь?
— Ага, — выронила дочка слегка открытым ртом.
Я стояла к ним спиной, не шелохнувшись, боясь нарушить урок не иначе как от самого Бога, и продолжала смотреть в стекло дверцы кухни, в которой отражалась вся картина происходящего. Дочка, задумавшись, доедала яичницу, как вдруг я заметила невообразимое.
Очень аккуратно, с явным намерением сделать это скрытно, Лариса Анатольевна пододвинула стакан с апельсиновым соком под левую руку Саши. Не веря своим глазам — никак иначе, кроме как явно начинающейся провокацией, это назвать было нельзя, — я замерла.
Ждать долго не пришлось. Саша что-то сделал неуловимое, и стакан с апельсиновым соком с грохотом опрокинулся на стол. Содержимое устремилось к Ларисе Анатольевне прямо на ее костюм, заставив её подпрыгнуть со стула и взмахнуть руками, как это делают женщины, когда вдруг видят возле себя мышь.
Голос свекрови поверг меня в шок:
— Блядь, Саша. Ты заебал. Сколько уже можно, сука, такое вытворять, — выпалила бабушка внуку.
Рот Саши так и остался открытым. Выпученные глаза и неподвижное тело напоминали сову, которой задали сложный вопрос.
Я как стояла, так и осталась стоять, осознавая, что кружку с кофе моя рука держит без моего согласия, как вдруг услышала ровный, спокойный, любящий тон моей свекрови. Она обращалась к внуку:
— А теперь ответь, друг, что ты чувствовал, когда я это сказала?
Тот посмотрел на неё, продолжая пребывать в шоке.
— Это был ужас, бабушка…
— Вот и запомни теперь, что чувствуют люди, когда к ним так обращаются.
— Ага, — выпало изо рта ребенка вместе с осознанием происшедшего.
Лариса Анатольевна подала салфетку мужу вытереть пролитый сок, и он протянул ей руку. А мне в этот момент показалось, что его движение показывает желание дотронуться до Бога.
«Разрулила всех!» — промелькнула у меня мысль. — «Но как!»
Лариса Анатольевна направилась к выходу и у самой двери повернулась, посмотрела на меня и еле заметным движением показала, что мне нужно выйти к ней. Я вышла и увидела ее перекрещённые на животе ладони.
— А ты, милочка, возьми-ка себя в руки! Или свинцовую дверь поставь. Так и соседей можно распугать, пуританка ты наша.
Я только и сказала:
— Угу.
Но её взгляд показывал мне, что она на моей стороне.
⸻
Уже прошло много лет. Дети выросли. Мы возмужали. Свекровь заметно постарела. Историю помнят все. Как-то на дне рождения Ларисы Анатольевны, в общем семейном кругу, Саша сказал ей, что благодаря этому случаю он до сих пор не ругается матом.
— Ну и дурак, — подняла она глаза из-под своих очков, отодвинув в сторону спицы и клубок ниток. — Всё нужно делать уместно.
— Ты хочешь сказать, что ты тогда всё умышленно устроила, чтобы я перестал ругаться? — спросил Саша.
— Не знаю, как для тебя, — сказала свекровь, — но в квартире с того момента ничего больше не разбивалось…
Поделиться в соц сетях:
Сергей Лысов
Бизнес-тренер, тренер личностного роста. Генеральный директор школы управления «Шерлок». Длительное время работал переговорщиком и кризисным консультантом в различных коммерческих и политических проектах. Специалист в области реструктуризации и строительства организаций, автор ряда бизнес-тренингов и семинаров для основателей бизнеса, автор системы «MYOR» — методики развития пси-способностей для деловых людей. Автор книг "Встань с дивана. Как создать свой бизнес…", «Анатомия победы».
.
Основатель юридического агентства «Мета-Информ», входившего в 50 ведущих юридических компаний Украины (г. Одесса, 1991 - 2005). Юридический эксперт в Лондонском арбитражном суде (1995) Консультант губернатора Одесской области (1999–2004). Советник мэра г. Одессы (2010 - 2011). Бизнес-тренер, коуч в области трансформационых изменений, эксперт в управлении кризисными ситуациями. Специализация - организация и проведение трансформационных процессов.
.
Миссия: обучение деловых людей управлению сложными и нестандартными ситуациями; тренировка специальных способностей и передача знаний в качестве основы управления.
