Спички. «СВ»
Там, где сосны, снег падет, даже когда он перестаёт идти.
Я и мой сопровождающий вышли из машины у дороги возле какого-то лесного поселения. Было морозно, солнце и снег только-только лег пушистым покрывалом. Мы шли мимо стареньких домов в направлении леса. Его еще не было видно, но он уже ощущался. Завернув за угол, мой сопровождающий встал как вкопанный.
— Дальше сам. — сказал он. — По тропе километра два. Там открыто. Собак нет.
И я двинул.
Шел по пушистому, не тронутому снегу широкими шагами и наслаждался снежинками, падающими с крон высоких сосен, рисуя картинки своего пристанища, как я зажгу буржуйку в холодном доме, налью в железную кружку чай.
Мне нужно было только переночевать. Ехать в гостиницу, возиться у ресепшена, поселяться, заполнять карточку и маяться в каменных стенах до следующего дня я не хотел.
«Нет уж»! — сказал я про себя, когда узнал, что по пути есть одно местечко в лесу, и упросил отвезти туда.
Вскоре я увидел его очертания, а еще погодя и сам дом. Сруб был небольшим, с заснеженной крышей, прямо в соснах. От него веяло одиночеством и холодом. «Как он здесь оказался? — подумал я. — Вид, как у заброшенного. Наверное, он здесь для лесничего хозяйства». В этом доме явно не жили постоянно.
Я вспомнил слова сопровождающего, когда уговаривал отвести меня в лес, а не в гостиницу.
— Не думаю, что тебе понравится. — сказал он. — Дом пустой и не обжитый.
— Топить есть чем? — уточнил я.
— Да, буржуйка.
Зайдя в дом после сильного скрипа дверей, постучав ногами о порог, чтобы сбить с ботинок снег, я увидел холодную буржуйку, и рядом охапку дров.
«Вряд ли здесь больше чем на два раза, — прикинул я. — Надо будет идти в лес ».
Моя спина почувствовала озноб и, не раздеваясь, я начал искать спички.
«Опс, — промелькнуло в голове. — Если здесь их нет, то зажигалки у меня точно нет».
Я судорожно продолжал искать, но ничего не находил. Сердце заколотилось от волнения. Спичек я не нашел, и волнение начало разгораться в тревожность.
«В чём дело? — подумал я. — Ну, два километра до дороги. Вызови Убер и всего-то. Отчего это чувство жути вдруг накатило»?
Я достал сотовый и хотел уже набирать своего сопровождающего, но тут же остановился. В таких состояниях я на автомате знал, что делать, и включил СВ.
«Какого беса! — возмутился кто-то внутри. — Это всего лишь Буча, а не лес в Карпатах далеко в горах».
Но для ума нет разницы. Он включается от триггера. А триггер был. Вспоминать даже не хочется.
Я включил СВ — старый приём, который запускаю, когда по сознанию фигячит, как в этот раз.
Если стандартно, то эффект должен был возникнуть через минут тридцать. Ты входишь в точку ноль и всё наруливается. Типа не надо переставлять табурет на нужное место, он сам там оказывается. Но здесь, в смысле сейчас, не было реальной опасности — просто какое-то напоминание-воспоминание. И поэтому я привёл себя в порядок где-то уже на пятой минуте.
Знаете, как я это понял? Нет, это не то, что вы подумали. Мол, я вдруг стал счастлив и в блаженстве начал топить буржуйку, поливая затхлый холод теплом. Эффект всегда в другом. Само это омерзительное состояние никуда сразу не уходит, но ты перестанешь быть этим состоянием. Страхом, горем, унынием или той тревожностью, что была у меня. Убрать этот ментальный смрад технически мне уже несложно: просто нужно отделить от жути мысль, на которой она держится как всадник на жеребце.
Я поднял голову, чтобы технично выйти из СВ, и открыл глаза. Передо мной возле трубы от буржуйки где-то в райне потолка в стене было углубление.
— А вот и спички. — улыбнулся я. — «Стандартно сработал отражатель». — вспомнил я слова из одного старого доброго фильма.
Через пару минут я уже мостился, чтобы усесться удобно на деревянный пол возле горящей буржуйки. От неё шло тепло и я провалился в ту старую историю.
Огонь и тишина всегда помогают сжечь что-нибудь из негатива в прошлом, которое застряло там, и не собирается уходить.

