Спички. «СВ»
Я и мой сопровождающий вышли из машины у дороги возле какого-то лесного поселения. Было морозно, солнце стояло низко, и снег лежал свежий, ещё почти не тронутый. Мы шли мимо стареньких домов в направлении леса. Его еще не было видно, но он уже ощущался. Завернув за угол, мой сопровождающий встал как вкопанный.
— Дальше сам, — сказал он. — По тропе километра два. Там открыто. Собак нет.
И я двинул.
Шёл по пушистому, не тронутому снегу широкими шагами и наслаждался снежинками, падающими с крон высоких сосен. Уже представлял этот дом: как зажгу буржуйку, сяду у огня и налью в железную кружку чай.
Мне нужно было только переночевать. Ехать в гостиницу, возиться у ресепшена, поселяться, заполнять карточку и маяться в каменных стенах до следующего дня я не хотел.
«Нет уж!» — сказал я про себя, когда узнал, что по пути есть одно местечко в лесу, и упросил отвезти туда.
Вскоре я увидел его очертания, а еще погодя и сам дом. Сруб был небольшим, с заснеженной крышей, прямо в соснах. От него веяло одиночеством и холодом. «Как он здесь оказался? — подумал я. — Вид, как у заброшенного. Наверное, он здесь для лесничего хозяйства». В этом доме явно не жили постоянно.
Я вспомнил слова сопровождающего, когда уговаривал отвести меня в лес, а не в гостиницу.
— Не думаю, что тебе понравится, — сказал он. — Дом пустой и необжитый.
— Топить есть чем? — уточнил я.
— Да, буржуйка.
Я вошёл, сбил снег с ботинок о порог и увидел то, что ждал: буржуйку. Но она стояла у стены, чёрная, пустая, будто неживая.
Я увидел, что рядом лежал топор и только тогда выдохнул.
«Вряд ли здесь больше чем на два раза, — прикинул я. — Надо будет идти в лес».
Моя спина почувствовала озноб и, не раздеваясь, я начал искать спички.
«Опс, — промелькнуло в голове. — Если здесь их нет, то зажигалки у меня точно нет».
Сначала я поискал на столе. Потом в ящике. Потом на полке возле буржуйки. Заглянул в старую кружку, в коробку с каким-то железом, под газету. Ничего. Вернулся к тому же ящику и открыл его ещё раз, хотя уже видел, что там нет спичек.
Сердце заколотилось от волнения. Спичек я не нашел, и волнение начало разгораться в тревожность.
«В чём дело? — подумал я. — Ну, два километра до дороги. Вызови Uber и всего-то. Отчего это чувство жути вдруг накатило?»
Я достал сотовый и хотел уже набирать своего сопровождающего, но тут же остановился. В таких состояниях я на автомате знал, что делать.
«Какого беса! — возмутился кто-то внутри. — Это всего лишь Буча, а не лес в Карпатах далеко в горах».
Но внутри уже щёлкнуло. Не от места. От чего-то знакомого. Вспоминать даже не хотелось.
Я включил СВ. Это мой старый приём на такие случаи, когда по сознанию фигячит, а ты ещё должен остаться человеком.
Само это омерзительное состояние никуда сразу не уходит. Но в какой-то момент ты перестаёшь быть этим состоянием. Оно ещё есть, а ты уже не оно.
Я посидел так несколько минут. Не стало светло и радостно. Никакого блаженства, конечно, не случилось. Просто тревога перестала командовать руками. Я снова мог смотреть, а не метаться.
Я поднял голову, чтобы технично выйти из СВ, и открыл глаза. Передо мной возле трубы от буржуйки где-то в районе потолка в стене было углубление.
— А вот и спички, — улыбнулся я. — «Стандартно сработал отражатель», — вспомнил я слова из одного старого доброго фильма.
Через пару минут я уже мостился, чтобы усесться удобно на деревянный пол возле горящей буржуйки. В приоткрытой дверце дрожал густой рыжий свет, и чёрное железо тихо потрескивало от жара. Телефон лежал на полу у колена; рядом валялась щепка; по ней медленно полз муравей.

