Приблудная. Про успех…
Он появился в конце осени. Красивый. Золотистый. Ретривер. Я заметил его, когда выходил из офиса. Пёс сидел у входа прямо под табличкой «Отдел кризисных операций» и смотрел на неё так, будто пришёл за консультацией.
Я остановился. Дэикая, убийственная мысль догнала меня как пуля. Я не успел её осознать.
«Эта долбанная война лишает дома даже таких красавцев».
Из золотой мохнатости на меня глянули два карих огонька. Хвост медленно пошёл из стороны в сторону. Он стоял, не лаял и не прыгал. Просто подошёл ближе, сел и смотрел на меня снизу вверх. Я вернулся в офис и через минуту вышел с куском колбасы.
Теперь он смотрел, как смотрят только собаки. Я присел на корточки и молча наблюдал. Пёс ел жадно. Когда съел всё, снова сел и посмотрел на меня.
— Ну всё, — сказал я и махнул рукой. — Иди.
Он постоял ещё мгновение, глядя на меня, потом вдруг легко сорвался с места и побежал прочь. Я долго смотрел ему вслед, пока золотистая спина не исчезла за воротами, и почему-то улыбался.
Раздался гудок.
— Понравился? — из окна выглядывал Алексей.
Я направился к машине.
— Привет, — сказал я, закрывая дверь. — Что-то срочное? Чего ты аж сюда припёрся?
— Всё то же. Ничего хорошего. Всё ломается. А ты говорил: если что, заходи. А я тут недалече был.
Алексей ещё что-то рассказывал, но потом резко оборвал себя.
— Извини… секретарь. Наверное, что-то важное.
Машина медленно выехала со двора и пошла через берёзовую рощу. Я смотрел в окно. Между тонкими белыми стволами лежал первый снег, ещё неглубокий, кое-где тронутый тёмной землёй. Берёзы с чёрными метками проплывали совсем близко, одна за другой, а дальше, между ними, открывалась холодная белая мгла. Я откинулся на спинку сиденья и продолжал смотреть.
«Почти все основатели компаний, — думал я, — похожи на хозяев рабов. Бизнес живет, пока его гонят плетью. Стоит остановиться, как всё начинает расползаться. Всё держится на страхе, на контроле, на разговорах о мотивации. И чем шире размах плети, тем быстрее устаёт сам хозяин».
Я посмотрел на деревянный гостиничный комплекс, стоявший в стороне от дороги.
«Нет, — тихо сказал я себе. — Чтобы собрать настоящую команду, нужно что-то другое. Этому не учат в MBA».
— Обед я уже заказал. Думаешь, за час управимся? — спросил Алексей.
Через несколько недель пёс появился снова. Я въезжал во двор и ещё из машины заметил у крыльца знакомую золотистую фигуру. Пёс сидел неподвижно, спокойно, будто и не приходил вовсе, а просто всё это время ждал именно здесь.
Я вышел. Он поднялся, подошёл и осторожно ткнулся тёплым носом в мою ладонь.
— Подожди. Сейчас.
Я скрылся в офисе и через минуту уже возвращался.
— Ваня, — крикнул я сторожу, выходя, — сооруди-ка ему будку.
— Возьмём к себе эту красоту? — спросил он.
— Нет.
Сторож удивлённо нахмурился, но молча кивнул.
Пёс ел спокойно, а когда закончил, отряхнулся и, не спеша, не оглядываясь, потрусил с лёгким заносом вправо, к воротам. Я смотрел ему вслед и улыбался. Стоял на крыльце и думал об Алексее. Тот должен был приехать с минуты на минуту и, скорее всего, снова заговорит о людях: о тех, кто уходит, о слабой команде, о том, что всё опять приходится тащить самому.
«Создать сильную команду через HR невозможно, — думал я. — Этому не учат в MBA. Людей можно нанять. Команда появляется иначе».
Зима продолжалась. Снег шёл почти каждый день, терпеливо заваливая всё, что ещё вчера расчистили: дорожки, ступени, подъезд к воротам. Утром дворник прокладывал проходы, но к вечеру они снова начинали исчезать. Территория будто требовала постоянного присутствия: перестань ею заниматься, и она медленно, без всякого злого умысла, вернётся в своё первоначальное состояние. Прямо как бизнес Алексея.
Однажды, когда я въезжал в офис, мысль, которая не отпускала меня всё это время, вдруг разделась передо мной бесстыдно, как дорогая шлюха, и с апломбом произнесла:
«Странная вещь, — мысль подмигнула и хихикнула. — Почему им не приходит в голову, что успех зависит не только от компетенции».
У ворот стоял сторож. А чуть дальше, золотым пятном на снегу, под той же вывеской сидел он.
Я остановился.
— Ко мне уже кто-нибудь приходил?
— Нет, Сергей Александрович.
— А наш друг давно?
— Только-только.
Я кивнул и через минуту шёл, как всегда, обратно. В руке был кусок колбасы. Я показал его псу и пошёл к будке.
А потом началось. Золотистая мохнатая бестия носилась по снегу, хватала меня за рукав, отскакивала и возвращалась. Я смеялся и забыл про всё на свете, будто окунулся в беззаботное и радостное детство. Потом встал, отдышался и некоторое время просто наблюдал, как пёс продолжал играть и пытался снова меня спровоцировать.
— Привет! — раздался голос.
У ворот стоял Алексей.
Я взял пса за загривок двумя руками и мягко сказал:
— Всё… давай… беги.
Он рванул через двор и исчез за воротами. Я стряхнул с пальто мокрые следы его лап и пошёл в офис.
В кабинете Алексей говорил долго и без умолку. Я слушал, готовя кофе на кухне, изредка поглядывая на него. Потом поставил одну чашку на стол, но сам не сел, а со своей подошёл к окну и некоторое время стоял там, высматривая вдали что-то, чего Алексей пока не видел. Глотнув кофе и продолжая смотреть в окно, сказал:
— Ты так никогда не создашь успех.
Алексей приподнял брови, какое-то время просто смотрел и наконец буркнул:
— Почему это?
Я смотрел во двор. Под табличкой «Отдел кризисных операций» сидел он. Повернувшись к Алексею, немного помедлил, будто раздумывая, как сказать нужное, подошёл к столу и сел напротив.
— Как думаешь, почему этот пёс всё время возвращается ко мне сам?
Алексей вытянул голову и посмотрел в окно. Пёс всё ещё сидел у входа.
— Кормишь, будку построил, даже я видел, играешь с ним иногда.
— Ага. Прям как в твоём HR-отделе… соцпакет, зарплата, мотивация. Только люди от тебя уходят.
Алексей задумался. Он мне нравился. Да, у него не получалось, но он мне нравился, потому что он искал. Сейчас он молчал. Потом встал, подошёл к кухне, налил из кофейника, вернулся назад, уставился на меня и долго так смотрел, не стесняясь, явно пытаясь найти что-то.
— Ты думаешь, из-за будки и еды? — перебил я молчание.
Алексей отпил из чашки, подошёл к мойке, сполоснул её и поставил на полку. Но не ушёл. Остался стоять у кухни, опершись ладонями о край столешницы. Я видел его затылок, склонившийся над плитой, будто он искал там что-то. Потом он посмотрел в окно, затем на меня.
— Ладно, поехали. Я знаю, что ты всё равно ничего не будешь объяснять. А когда оно придёт…
Он посмотрел на меня с ухмылкой.
— Тогда и придёт.
Я смотрел из окна, как Алексей сел в машину и, проезжая мимо пса, чуть ли не вывернул голову, чтобы не потерять его из виду. Пёс провожал машину тем невозмутимым взглядом свободного животного, которое никому ничего не должно.
Утром я увидел от него уведомление.
«Ты отпускал пса намеренно, потому что тебе важно, чтобы он оставался свободным. Ты не хотел заводить „СОБАКУ“ — это суть! Ты дал ему еду, сделал будку, играл с ним, но ты не превращал всё это в условия удержания. Ты не закрывал ворота, не привязывал, не объявлял своим. Мало того, несколько раз сам говорил: „Иди“, „беги“.
Мне кажется, каждый следующий приход пса без гарантий и делает жизнь жизнью. В отличие от меня, я только то и делал, что хотел получить устойчивость через то, чем людей удерживают: зарплата, соцпакет…
Ты с псом делал противоположное: не строил отношения вокруг задачи „пусть останется“. Поэтому возвращение пса становилось не результатом удержания, а тем, что он сам возвращался».
Я закрыл планшет, потом глаза, откинул голову на спинку дивана и улыбнулся. Потом проделал всё в обратном порядке. Оттолкнулся от дивана, открыл глаза, планшет и написал:
«Иди глубже. Свобода сама по себе не объясняет, почему пёс возвращается. Она только делает возможным узнать настоящую причину. Если пса привязать, невозможно понять, хочет ли он быть с тобой. Только таким способом можно знать, что связь настоящая».
____
Вы прочитали рассказ, и могли заметить его направленность. Это тема третьей сигнальной системы. Сообщество людей, объединяющих это направление, можно найти здесь.
Все рассказы и художка — здесь:
Https://tss-lib.site/index_rub.html
https://tss-lib.site/index_eur.html
Поделиться в соц сетях:
sherlock
Сергей Лысов
Кризисный консультант, тренер по развитию способностей управления. Автор и основатель ТСС — системы внутренней инженерии человека и практической работы с сознанием, поведением и механизмами, влияющими на решения и действия. Генеральный директор школы управления «Шерлок». Длительное время работал переговорщиком и кризисным консультантом в различных коммерческих и политических проектах. Специалист в области реструктуризации и строительства организаций, автор ряда бизнес-тренингов и семинаров для основателей бизнеса, автор системы «MYOR» — методики развития пси-способностей для деловых людей. Автор книг «Встань с дивана. Как создать свой бизнес…», «Анатомия победы».
.
Основатель юридического агентства «Мета-Информ», входившего в 50 ведущих юридических компаний Украины (г. Одесса, 1991 - 2005). Юридический эксперт в Лондонском арбитражном суде (1995) Консультант губернатора Одесской области (1999–2004). Советник мэра г. Одессы (2010 - 2011). Бизнес-тренер, коуч в области трансформационых изменений, эксперт в управлении кризисными ситуациями. Специализация - организация и проведение трансформационных процессов.
.
Миссия: развитие у человека способности сохранять и возвращать управление собой в сложных жизненных ситуациях, видеть механизмы, которые определяют его решения и действия, и действовать исходя из собственного намерения, а не автоматических реакций и программ.
